bannerbannerbanner
Мужчина-загадка

Дженис Кей Джонсон
Мужчина-загадка

Janice Kay Johnson

Dead in the Water

© 2021 by Janice Kay Johnson

© «Центрполиграф», 2023

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2023

* * *

Глава 1

Клер Холланд осторожно откинула полог палатки и выглянула наружу. Хорошо, что дождь закончился, но после двух холодных, туманных дней, когда приходилось грести изо всех сил и сражаться с мертвой зыбью, приятно было побыть в тепле и сухости.

Клер и ее друг, Майк Магуайр, решили пройти на каяках вдоль западного берега острова Калверт. Часть маршрута вдоль побережья канадской Британской Колумбии пришлось идти по открытому океану. Клер и Майк столкнулись со всеми трудностями, какие только можно себе представить. Клер очень радовалась, что им удалось высадиться на красивом песчаном пляже на острове Трике.

После того как глаза привыкли к яркому свету, она залюбовалась видом, открывшимся ее взору. Как и почти на всем тихоокеанском побережье Британской Колумбии, пейзаж был великолепным.

Долговязый Майк тоже выполз из своей палатки, потянулся и заулыбался во весь рот.

– Вот это да! Может, останемся тут на недельку-другую? Не обязательно всем рассказывать, что мы так и не попали на Гусиный остров, как собирались.

Клер рассмеялась:

– Можно хотя бы немного побездельничать!

Именно этим они занимались в ожидании прилива, который должен был облегчить им спуск на воду. Не придется тащить тяжело нагруженные каяки – или сначала каяки, а потом снаряжение – по песку, обнажившемуся во время отлива.

После завтрака, состоявшего из овсянки и кофе, Клер с радостью сбросила с себя несколько слоев одежды, чтобы погреться на почти жарком солнце.

Сегодня они так или иначе никуда не спешат. Обоим – хотя и не вместе – уже доводилось проходить на веслах так называемым Внутренним проходом от штата Вашингтон до Аляски. Сейчас они осматривали самые живописные и наименее посещаемые острова на побережье. Вернуться же собирались на пароме от Принс-Руперт на Аляске.

– Клер, не хочется напоминать, но… – Майк кивнул в сторону берега.

В ответ Клер скорчила гримаску. Она уже сложила палатку и скатала спальник, но ей еще предстояло упаковать походную плитку, кастрюльки и миски. Они устроили беспорядок больше обыкновенного.

Они с Майком познакомились в школе каякинга, куда Клер записалась, желая отточить свои навыки. Она мечтала ходить по более сложным маршрутам. Так вышло, что при отработке многих упражнений их ставили в пару; они неплохо сработались. После того как занятия закончились, они вначале совершали однодневные походы, а потом в выходные отправлялись на острова Сан-Хуан и Галф. К счастью, Клер и Шелби, жена Майка, сразу нашли общий язык. Клер считала, что ей повезло, потому что Шелби позволяла ей «позаимствовать» мужа. Сама Шелби обожала нежиться под жарким солнышком на Гавайях или островах Карибского моря и терпеть не могла холод и грязь. Насколько было известно Клер, Шелби никогда не беспокоилась о том, что они проводят время вдвоем, вдали от мира, иногда не по одной неделе – как сейчас.

Слава богу, и ей больше не нужно беспокоиться о том, что думает Девин, как, впрочем, и любой другой мужчина.

Они оба привычно и быстро упаковали одежду и прочее в водонепроницаемые мешки и сложили все в каяки. По мнению Клер, труднее всего было переодеваться, готовясь к очередному дню на воде. Каждый раз, натягивая гидрокостюм, она вспоминала затасканный образ: все равно что сунуть руку в банку с червями. Внутри гидрокостюма всегда было липко. Хуже того, приходилось всячески извиваться и изгибаться, чтобы втиснуть руки в длинные рукава, а ноги – в неопреновые ботинки. День был такой приятный, а их планы настолько нечестолюбивыми, что она почти решила не надевать перчатки, но потом взглянула на свои ладони и загрустила. Вскрылись несколько мозолей, заработанных интенсивной греблей. Кроме того, два дня назад она нечаянно схватилась за куст заманихи, и руки обсыпало.

Что ж, ладно. Придется натягивать перчатки.

Одеваясь, она напоминала себе, как любит находиться на воде в своем гладком синем каяке «Бореаль Дизайн Баффин». Исследуя мир дикой природы на небольшом суденышке, она обретала так необходимые ей покой и уверенность в себе.

После того как они с Майком заскользили по воде, Клер с удовольствием оглянулась. Океан казался почти совершенно спокойным, на поверхности воды, скрывавшей мощные приливы и течения, плясали солнечные зайчики. Они выбрались из узкой бухточки, места их вчерашней стоянки, и двинулись зигзагом вокруг скопления островков.

Уже несколько дней Клер и Майк никого не встречали, лишь издали видели большие корабли в заливе Королевы Шарлотты, да несколько прогулочных и рыболовных катеров в проливе Хакай. Вот почему они так удивились, услышав неподалеку голоса. Возможно, голоса доносились с какого-нибудь прогулочного судна, чей капитан решил устроить здесь стоянку.

Майк шел первым. Он обогнул островок, достаточно большой для того, чтобы называться островом, хотя вряд ли у него имелось какое-то название. Клер услышала, как он произнес: «Что за…»

Инстинкт заставил ее сдать назад, хотя она уже оказалась достаточно близко для того, чтобы увидеть, что именно удивило Майка. Впереди стоял старый каботажный грузовой корабль. С помощью крана на передней палубе переносили поддон с чем-то тяжелым на ослепительно-белую яхту. Матросы и на грузовом корабле, и на яхте работали споро. Оба судна не могли задерживаться в узком проливчике, ведь уже начинался отлив. Но почему они спрятались среди крошечных островков? Клер подумала: наверняка они не хотят, чтобы их видели. Она читала, что в этих краях, в приграничных районах между Канадой и США, как на суше, так и на воде, широко распространена контрабанда. Незаконно ввозят людей, наркотики… и кто знает, что еще.

Ярко-красный каяк Майка с оранжевыми полосами по бортам уже вынесло на открытое место, хотя он и перестал грести. Инстинкт подсказывал: ни грузовой корабль, ни яхта не должны там находиться. Поэтому сама Клер по-прежнему пряталась за крошечным лесистым островком. Она ухватилась за ветки искривленного кедра, чтобы ее не уносило. Сквозь опушенную иглами ветку она увидела: человек, стоявший на палубе грузового корабля, заметил Майка и кого-то позвал по имени. Все, кто находились на яхте и на грузовом корабле, развернулись к нему.

– Здрасте! – крикнул Майк, подняв руку.

В этих краях принято проявлять дружелюбие. Во время похода Майка и Клер несколько раз приглашали поужинать на яхте или на прогулочном катере. Но сейчас…

Увидев, как человек на палубе грузового корабля вскинул ружье, Клер ахнула от ужаса.

Майк тоже заметил ружье и, опустив весло в воду, попытался отгрести подальше. Оцепенев, Клер не сводила взгляда с человека с ружьем. Потом загрохотали выстрелы; плеснула вода совсем рядом с ее каяком.

Туда упала пуля.

Дальше все было как в замедленной съемке. Майк вдруг дернулся и осел набок. Под его тяжестью каяк перевернулся. Клер мысленно обратилась к нему: спрячься под водой! Отсидись! Прошло какое-то время, но он не показывался. На поверхность выплыло его весло… Каяк килем кверху понесло прочь: начинался отлив.

Клер шепотом молилась. Порывшись в кармане, она нашла устройство GPS-слежения с аварийной кнопкой. Если нажать ее, скоро придет помощь.

Но не так быстро… во всяком случае, для Майка.

Клер внушала себе: Майк просто выронил весло, а сам за что-то зацепился, когда его каяк перевернулся. Он сумел выбраться из каяка при оверкиле и сейчас плывет под водой, пытаясь добраться до соседнего островка… Вот-вот она услышит плеск…

Руки у нее дрожали. Клер не сводила глаз с перевернутого каяка.

Вдруг электронное устройство выскользнуло у нее из руки, ударилось о борт и упало в воду. Она потянулась за ним, едва не перевернув каяк, но не достала. Теперь она уже не молилась, а шептала: «Господи… Нет… Только не это».

Клер испуганно посмотрела вперед. Подъемный кран развернулся, а яхта медленно разворачивалась. Она направлялась на юг; ее путь лежал между двумя маленькими островками. Клер никак не удавалось разобрать черные буквы на носу яхты. Что у нее со зрением?!

Она сердито потерла глаза и поняла, что плачет.

Рик Бекман круто развернулся к стрелку.

– Зачем, мать твою, ты это сделал?!

– Свидетели нам ни к чему. – Дуэйн Питерсон – впрочем, вряд ли это было его настоящее имя – смерил Рика испепеляющим взглядом, не выпуская «ремингтон» из рук.

– Одинокий каякер? Да ладно тебе! Если бы мы помахали ему рукой и обменялись несколькими дружескими словами, он поплыл бы себе дальше и даже не вспомнил про нас. А если он не один? Если выстрел кто-то слышал? И что будет, когда его найдут?

Дуэйн прищурился:

– Да ничего. Каяк перевернулся. Он утонул. На воде всякое бывает.

Рик не стал напоминать: если турист успел высвободить ноги из упоров, его тело почти наверняка вынесло на поверхность благодаря спасательному жилету, какой носят почти все каякеры.

Рулевой «Кокетки из Сиэтла», дорогой яхты средних размеров, спешил как можно скорее выйти в открытый океан, стараясь, впрочем, не удариться о скалу и не пробить дыру в корпусе.

Он явно был умнее Дуэйна.

Прекрасно понимая, что за стычкой следят еще пять человек, помощи от которых ждать не придется, Рик умолк, но покачал головой.

– Что? – буркнул Дуэйн.

Рик пожал плечами и ответил громче, чтобы его слышали все:

– Если мы сейчас попадемся, то сядем за убийство.

– Не нравится мне твое отношение.

Рик не сводил глаз со своего фактического босса; тот ощетинился, как всегда, при любом намеке на критику. А Рик смотрел на неоново-красный каяк, который несло прочь. Бедняга! Наверное, с удовольствием исследовал здешние живописные края и не ожидал, что его подстрелит какой-то воинственный наркоторговец.

 

Все произошло так быстро, что Рик ничему не успел помешать.

– Что, язык проглотил? Сказать больше нечего?

Не нужно было разевать рот. Рик покачался на пятках, изображая расслабленность, но был готов действовать быстро. А все-таки жаль, что под футболкой и толстым свитером у него нет бронежилета!

– Нет. – Что сделано, то сделано.

Дуэйн зашагал прочь, но на середине широкой плоской палубы обернулся:

– Зато мне есть что сказать. Тебе крышка!

Он привычным жестом вскинул ружье и выстрелил.

Рика ударило в плечо. Он попятился и задел металлическое ограждение на высоте бедра. Перелетел за борт. Жжение в груди и плече прошло, когда он упал в ледяную воду. Каким-то чудом ему удалось не барахтаться в воде. Он должен лежать неподвижно, когда всплывет.

Как мертвый.

Конечно, велика вероятность, что он действительно умрет от переохлаждения, но в такой исход он не позволял себе поверить.

Клер по-прежнему пряталась за ветвями кедра и тихо плакала, когда услышала еще один выстрел и увидела, как с грузового корабля в воду падает человек.

Ужас и остатки здравого смысла велели ей замереть на месте. Если ее заметят, следующий выстрел будет предназначен ей. Но… Господи, а если Майк жив? Жив и ждет, что она спасет его?

Она понимала, что такого не может быть. На нем спасательный жилет. Жилет просто не позволит ему уйти под воду. Если бы Майку удалось живым выбраться из каяка, она бы увидела, как он всплывает.

Ее единственное укрытие – искривленное дерево, которое низко склонилось над водой и спрятало ее, хорошо, что ее каяк синий, а не такой яркий, как у Майка.

Оторвав взгляд от каяка Майка, она посмотрела на другого человека, только что упавшего за борт. Он лежал на поверхности воды совершенно неподвижно.

На корабле заработал двигатель. Клер вскинула голову. Команда забегала по палубе. Одни закрепляли кран, другие ушли в приземистую надстройку на корме с крошечной рулевой рубкой и радаром сверху. Она постаралась как можно лучше запомнить все, что увидела. Корпус корабля черный, с выцветшей красной полосой и заметными пятнами ржавчины; рубка когда-то была выкрашена в белый цвет, но краска давно облупилась. Трудно поверить, что такое корыто легально ходит вдоль тихоокеанского побережья Британской Колумбии!

Тем не менее корабль двигался. Описав широкую дугу, он отправился следом за яхтой. Клер понятия не имела, сколько прошло времени, но понимала: команда торопится из-за отлива. Если промедлить, посудина может сесть на мель.

Она не смела пошевелиться, пока не стих шум двигателя и пролив снова не окутало нечто вроде покоя.

Потом она выпустила ветку, опустила весло в воду и быстро погребла к каяку Майка.

Перевернуть его удалось быстро. Было бы труднее, если бы Майк не выбрался оттуда, но в кокпите его не оказалось. Клер огляделась по сторонам. Ее взгляд привлекло что-то желтое. Его спасжилет…

Он был пустым. Значит, Майк каким-то образом сбросил его. Умирая, он пытался освободиться от всего, что ему мешало?

И… Боже правый… он всегда держал небольшой аварийный пакет в сетчатом кармане в деке, где до нее без труда можно было дотянуться. Пакета на месте не оказалось… как и самого Майка.

Его тела.

Неподалеку плеснула вода, потом еще раз. Подстреленный и упавший за борт человек пытался плыть, загребая одной рукой. Он жив!

Наверное, безопаснее было бы подождать, но Клер не стала медлить. Достав из воды спасжилет Майка, она положила его на свой каяк и направилась к человеку, которого еще могла спасти.

К тому времени, как она добралась до него, его слабые попытки плыть свелись к нулю. И все же он чуть приподнял голову и увидел ее. Клер мельком заметила мертвенно-бледное лицо и черные волосы. Пройдет совсем немного времени, и он умрет от переохлаждения.

Стараясь держать каяк на безопасном расстоянии, она протянула ему жилет:

– Надеть сможете?

Он схватился за жилет одной рукой – и все.

Клер показалось, что ничего опаснее она в жизни не делала. Тонущий инстинктивно ухватится за ее каяк. Он может его потопить. Перевернуть.

Он поднял на нее остекленелый взгляд и попытался подплыть к ней по-собачьи.

– Слушайте. Вы можете делать, как вам говорят?

– Да, – слабо ответил он, впрочем, достаточно уверенно, чтобы она поняла, что он еще в сознании.

– Сейчас я развернусь и подойду к вам. Подтянитесь и постарайтесь лечь на каяк животом. Ухватитесь за мой кокпит. Если вы перевернете каяк, никто из нас не выживет. Понимаете?

Ей показалось, что тот кивнул. Что ж, стоит попробовать…

Она ловко развернула каяк. Он ухватился рукой за заднюю петлю. Клер старалась не двигаться. Из последних сил раненый подтянулся… Каяк накренился вправо. Клер опустила весло налево, чтобы выровнять ее. Потом услышала стон и отважилась повернуть голову.

Человеку каким-то образом удалось выбраться из воды; теперь он лежал у нее на корме, вытянувшись во всю длину. Каяк просел глубже, чем ей бы хотелось. Пальцы действующей руки спасенного вцепились в комингс кокпита у нее за спиной. Клер несколько раз училась спасать утопающих таким образом, но раненый оказался крупнее и тяжелее тех, на ком она тренировалась.

Спасжилет… Она огляделась. Бьется о корпус. Она схватила жилет, понимая, что спасенному он может понадобиться – если он проживет еще час или два.

Скорость и маневренность каяка, на которые полагалась Клер, заметно снизились. Каяк еле двигался. Она гребла, как будто пересекала открытый пролив в шторм, когда кругом видны белые барашки волн и дует сильный встречный ветер.

Она поняла, что понятия не имеет, куда направляется. Есть ли место ближе, чем вчерашний лагерь, где они ночевали?

Кроме того, не слишком разумно идти следом за тем грузовым кораблем.

В голове у нее возникла карта местности, хотя из-за уровня стресса и отчаяния непросто было найти вход в бухту в лабиринте скалистых островов и безымянных островков.

«Нужно захватить каяк Майка», – вдруг ясно подумалось ей. Откачать из него воду и повести на буксире.

Голова работала по-улиточьи медленно. Погодите… Можно позвать на помощь по коротковолновому передатчику, и тогда их спасут!

– Нет! – послышался голос сзади. – Они… наверняка отслеживают все сигналы о помощи.

«Они»? Ее снова охватил ужас. Они…

И еще она вспомнила… сегодня передатчик был у Майка.

Но… погодите-ка!

Майк часто прятал передатчик в карман своего спасательного жилета. Она положила весло поперек кокпита и потянулась к жилету. Хватило одного взгляда, чтобы понять: нагрудный карман пуст. Она попробовала вспомнить, не видела ли, как он утром укладывал передатчик внутрь и защелкивал пряжку. Может, он забыл застегнуть карман?

Поскольку ответов она не знала, голова переключилась на следующую задачу, как если бы ей медленно показывали слайд-шоу. Спасенному не во что будет переодеться, а у Майка была сухая одежда. Ее одежда на такого здоровяка не налезет. Значит, все-таки нужно взять с собой каяк Майка.

Она объясняла спасенному все, что делает, надеясь, что даже бессмысленный разговор поможет ему не потерять сознание. Несколько раз он издавал невнятные звуки.

Хвала Небесам, отлив еще не начался. Лавируя между скалами, она достала трос и прикрепила к петле на носу его оранжевого с красным каяка.

Ей с трудом удалось вылить из каяка Майка почти всю воду. Вскоре она поняла, что второй каяк на буксире плюс полумертвый человек у нее за спиной значительно усложняют задачу. Клер сосредоточилась. Если бы она привыкла сдаваться, она бы не выбрала вид спорта, где страдания часто перевешивают победы и достижения.

Она прошла скалистый островок по правому борту. Но когда по левому борту показался остров чуть больше, она заметила намек на крошечную бухту, скорее напоминающую трещину в скалах. Если она не увидит ничего похожего на берег… Клер не позволяла себе думать о том, что будет дальше. Она медленно двигалась вперед. Мышцы болели.

– Эй, вы еще здесь?! – крикнула она, обернувшись через плечо.

Пассажир издал какой-то звук. Значит, жив. Если он потеряет сознание к тому времени, когда они выберутся из воды…

Стоп! Один шаг за раз.

Глава 2

Холодно, как холодно! Адама пробила дрожь, и он смутно понял, что еще жив. С ним разговаривает какая-то женщина. Время от времени ее интонации намекали на то, что она ждет ответа, поэтому он, прилагая непомерные усилия, издавал хриплый стон. В него много раз стреляли; огнестрельные ранения были ему хорошо знакомы. Правда, никогда раньше он не превращался в айсберг.

Кто она такая?

Он пытался сообразить, но ничего не получалось. Его снова затрясло; приступ избавил его от любопытства.

Женщина что-то произнесла жалобно, словно молилась. Он попробовал поднять голову, но у него ничего не получилось.

«Держись!»

Наконец до его сознания дошел какой-то скрежет. Положение тела слегка изменилось, голова очутилась вверху. Плоскость под ним – лодка? – качалась с боку на бок, и он качался вместе с ней.

Перед его затуманенным взглядом возникло лицо.

– Вы можете двигаться самостоятельно?

Двигаться. Есть о чем подумать.

– Не знаю… – с трудом произнес он.

– Ладно. Хм… Сейчас я помогу вам скатиться с каяка. Ясно?

Он не до конца ее понял, но почувствовал, что намерения у нее добрые, кем бы она ни была.

В этот раз он попытался кивнуть.

Либо ей удалось расцепить ему пальцы, либо он вообще ни за что не держался.

Он рухнул на спину, но она все катила его, пока он не лег ничком. Нос и щеки уткнулись в мощеную улицу. Нет, неправильно, здесь камешки гладкие и лежат свободно.

– Давайте-ка поднимем вас… сначала на четвереньки.

Он собрал остатки сил и сделал то, что она просила. С трудом приподнявшись и покачнувшись, он кое-как поднялся на ноги, а она поддерживала его, подпирая плечом со здоровой стороны.

– Слишком тяжело! – пробормотал Адам.

Он не разобрал, что она ответила. Недобрый признак!

Он шагал механически, ставя одну ногу перед другой. Женщина раскачивалась вместе с ним и несколько раз ловила его, не давая упасть.

Он думал, что мощное усилие его согреет, однако этого не произошло. Им пришлось дважды останавливаться, потому что в приступе его так трясло, что стучали зубы.

Наконец она сказала: «Ну вот», и помогла опуститься на колени. Когда она отпустила его, он тут же завалился на бок и свернулся клубком. Его спасительница куда-то быстро ушла.

Либо она вернется, либо нет.

В прошлом Клер много раз читала о симптомах переохлаждения, но всегда примеряла их к себе. Дрожь, легкая потеря координации, помутнение рассудка… Но лежащий перед ней человек давно прошел начальные стадии переохлаждения. Лицо у него стало пепельного цвета, губы посинели. Должно быть, он шел на чистой силе воли, потому что мышцы у него одеревенели.

Утомление – да. Хорошо, что он еще способен дрожать, подбадривала себя Клер. Потому что следующие стадии – ригидность мышц, потеря сознания и смерть.

Будь она проклята, если после всего позволит ему умереть!

Берег больше напоминал укромный уголок, чем все предыдущие места, где они разбивали лагерь. Зато под деревьями как раз хватит места на то, чтобы поставить палатку. Но вначале нужно вытащить все снаряжение, затем порыться в вещах Майка и поискать что-нибудь полезное, потом вытащить оба каяка подальше от границы прилива и, возможно, привязать их к деревьям.

Может быть, подумала она, можно их где-нибудь спрятать, вспомнив, что бормотал спасенный:

«Нет. Они… наверняка отслеживают все сигналы о помощи».

Скорее всего, на корабле имеется моторная или надувная лодка. Вполне возможно, что они встанут на якорь и пошлют кого-нибудь назад, чтобы убедиться в том, что оба подстреленных в самом деле погибли.

Одна мысль о Майке причиняла невыразимую боль. Но с горем придется подождать.

Прежде чем заниматься чем-то другим, нужно подумать, как справиться с переохлаждением незнакомца. Она открыла лючок каяка, достала водонепроницаемые мешки и понесла к тому месту, где лежал незнакомец.

Хвала Небесам, утром она успела высушить полотенце на солнце. Она села по-турецки рядом со спасенным. Насколько она могла судить, он оказался настоящим великаном. Клер не представляла, как тащила его.

Она быстро высушила ему голову, нахлобучила на него флисовую шапку, низко надвинув ее на лоб.

Он не реагировал.

– Надо снять с вас мокрую одежду, – сказала она и снова ушла.

Достав водонепроницаемые мешки из каяка Майка, она принялась рыться в них. Нашла шерстяные носки, фуфайку и флисовый жилет, а также спортивные штаны на флисовой подкладке. Потом, спотыкаясь, вернулась на берег.

 

Начав раздевать незнакомца, она поняла, что переохлаждение у него перешло в следующую стадию – мышцы одеревенели. Труднее всего было снять с него рубашку и свитер через голову. Только раздев незнакомца, она увидела у него на спине окровавленное пулевое отверстие.

Боже правый, в него стреляли – а она и забыла!

Должно быть, пуля прошла навылет. Благодаря ледяной воде крови не было, но кровотечение начнется, когда она его согреет.

Клер накинула фуфайку Майка на голую спину незнакомца и побежала к своему каяку за аптечкой первой помощи.

Она наложила марлевые подушечки на выходное отверстие раны, отмотала липкий пластырь, который всегда брала с собой, и закрепила подушечку. Из-за того, что раненый лежал неподвижно, добраться до его подмышки оказалось нелегко.

Пуля угодила ему в грудь; там имелось входное отверстие, синее на фоне его мраморно-белой кожи. Точнее, пуля вошла не в грудь, а в плечо. Так было лучше по многим причинам. Она взяла еще несколько подушечек. Прижала их к ране, закрепила пластырем и стала думать, как перевернуть раненого.

Он не совсем потерял сознание. С ее помощью ему удалось вытянуть руки – точнее, одну руку – и разогнуть колени. Пока она обматывала его пластырем, его била дрожь. Клер поняла: сейчас переохлаждение представляет куда большую опасность, чем пулевое ранение.

Фуфайка с логотипом футбольной команды «Сиэтл Сихокс» Майку была велика, а на незнакомца налезла впритык. Клер помогла ему снова лечь и подсунула ему под голову что-то из своей запасной одежды, чтобы тот не лежал лицом на земле.

Очень стараясь не слишком подробно его разглядывать, она стащила с него сапоги и носки, затем мокрые, ледяные брюки карго и трусы. Обтерев длинные ноги раненого его собственной фланелевой рубашкой, она натянула на него эластичные кальсоны. Она решила, что он носит обувь сорок шестого размера, не меньше. Раненый с трудом приподнял бедра, помогая ей. Кальсоны оказались коротковаты. Клер с трудом натянула на его белые ступни толстые носки. Все, он одет…

Устав, она склонила голову. Что дальше?

Палатка. Затащить его внутрь, запихнуть в спальный мешок, разложенный на теплоизолирующем коврике-пенке. У нее где-то и запасное одеяло имеется.

Палатку она могла поставить с закрытыми глазами. Уже через несколько минут она раскатала коврик и расстегнула молнию на спальнике.

Вода понемногу отступала, грозя утащить с собой каяки. Перед тем как затаскивать его в спальный мешок, Клер выволокла оба каяка на берег, протащила подальше и спрятала за деревьями.

Вдруг ей пришло в голову: она ведь не проверила, водятся ли здесь медведи. Скорее всего, на таком крошечном островке им делать нечего… или есть? Она так устала, что ей не хотелось проверять, и все же достала спрей, отпугивающий медведей.

Незнакомец с трудом приподнялся и с трудом преодолевал несколько шагов до палатки. Клер развернула спальник. Он без сил рухнул на мешок, и она застегнула молнию, а потом укрыла его запасным одеялом для тепла.

– Как вы себя чувствуете? – спросила она, приложив ладонь к его щеке. Насколько могла судить, он совсем не согревался. Глаза у него были открыты, но Клер сомневалась, что он в полном сознании. Она даже не была уверена, какого цвета его глаза. Может быть, светло-карие?

Хотя какая разница, какие у него глаза – карие или голубые?

«Сосредоточься», – приказала она себе.

Лучше всего напоить его чем-то умеренно теплым… но вначале нужно согреть его самого с помощью тепла ее тела.

Ей слишком поздно пришло в голову, что она могла бы взять коврик Майка. Проклятие! Можно дополнительно укрыться спальником Майка. Она же ляжет вплотную к незнакомцу. Пока он так слаб, не представляет для нее угрозы.

Развернув второй спальник, Клер сняла с себя верхнюю одежду, неопреновые ботинки, шапочку, облегающую голову, и гидрокостюм.

Даже после полудня, когда стало почти тепло, она дрожала, пока не переоделась в спортивные легинсы на флисовой подкладке, футболку, флисовую курточку и носки.

Выбившись из сил, она села у входа в палатку, вспоминая, не нужно ли сделать что-то еще перед тем, как лечь.

Может, позвать на помощь? Но ее мобильный телефон уже много дней не ловил сигнал. Она порылась в каяке Майка в надежде, что он где-то спрятал свой GPS-трекер или передатчик, но это было маловероятно.

Сердце снова сжалось от боли.

«Горевать буду потом».

Когда она все же заползла в спальный мешок и обвила руками великана, он застонал и спрятал голову у нее на шее. Клер вздрогнула. Ей показалось, будто она обнимает снеговика.

Клер накрыла их с головой вторым незастегнутым спальником. Нужно было согреть воздух, которым они дышали. Она вздрогнула, когда его холодный нос ткнулся ей в шею. Потом она приподняла рубашку и положила себе на живот его руки – настоящие ледышки.

Не самое лучшее время, чтобы вспоминать выстрелы и то, как он падал за борт. Если команда грузового корабля выгружала контрабандные наркотики, значит, спасенный ею человек – преступник?

Насколько безопасно будет ей с ним рядом, когда (и если) он придет в себя?

Закрыв глаза, Клер приняла практичное решение: прогнать и эту тревогу. В конце концов, если ей не удастся его отогреть, он и не будет представлять для нее никакой угрозы!

Ей оставалось решить, где спрятать его труп, чтобы до него не добрались дикие звери, пока она не привезет сюда представителей власти, чтобы забрать его и заодно поискать тело Майка.

Одежда отделяла его от женщины, которая его обнимала, о чем он очень жалел. Жар, который она излучала, был сильнее в тех местах, где он касался ее голой кожи. Он зарылся лицом ей в шею и попытался впитать ее тепло. Она жаркая, как печка; рядом с ней ему в голову приходили мысли о кострах, горячих батареях и обожженных на солнце кирпичах на другом краю света.

Женщина крепко обнимала его, не позволяя распасться на куски, хотя он дрожал всем телом, а мышцы буквально разрывались от боли. Она что-то говорила, но боль мешала ему понимать ее.

Первое слово, какое он уловил в краткий промежуток между приступами дрожи, было «хорошо».

Хорошо?! Обиженный до глубины души, он заскрипел зубами, боясь, что сломает несколько зубов во время очередного приступа. Он почувствовал вкус крови во рту и понял, что прикусил язык.

В следующую паузу ему удалось буркнуть:

– Ничего хорошего.

Она коснулась губами его уха:

– Нет, хорошо. С помощью дрожи организм тебя согревает.

По крайней мере, ему показалось, что она сказала именно это. Сломленный болью, он подумал: что, если она ему только пригрезилась? Нежные губы и голос, сильные руки… и тепло!

Он не помнил, когда в последний раз молился. Должно быть, в детстве. Но теперь взмолился: «Господи, прошу тебя, не допусти, чтобы она мне только пригрезилась».

Клер напрягла слух. Неужели она слышит отдаленное жужжание навесного мотора? Не прогулочный катер, что-то меньше. Похожее на небольшую моторную лодку, какие иногда держат на больших яхтах и прогулочных судах.

Вполне возможно, кто-то невинно исследует окрестности, а лодку спустили с борта крупного судна, которое встало на якорь на глубине. И все же она подавила первый порыв выбежать наружу и пустить ракету. Лучше подождать, пока спасенный придет в себя и объяснит, что произошло. На грузовом корабле и на яхте орудовали явно не законопослушные граждане. Если они пытаются найти раненого и прикончить его, они, не колеблясь, убьют и ее, как убили Майка, даже не задумавшись.

Если бы только здесь был Майк! Если бы она нашла его в воде, замерзшего, но еще живого… Со слезами на глазах Клер представила, как будет говорить с Шелби… Как скажет, что Майка больше нет. Что его убили… И ей даже не удалось извлечь его тело из воды, чтобы привезти домой.

Незнакомец приподнял голову, что, судя по всему, стоило ему больших усилий. Он не сводил с ее лица глаз – зеленых в золотистую и коричневую крапинку.

– Плачешь.

Говорил он по-прежнему неразборчиво, но она была уверена в том, что он сказал.

Потом он стиснул зубы и снова затрясся в припадке конвульсий.

– Все нормально, – утешила его Клер. – Все будет хорошо. – Она понятия не имела, окажутся ли ее слова правдой.

Шло время. Солнце уже садилось. В июне в северных широтах долгие дни, значит, до заката еще несколько часов.

Конвульсии перешли просто в дрожь. Незнакомец немного порозовел. Его руки… стали теплыми. Он сам вытащил их у нее из-под рубашки.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru